Правительство РФ приняло решение фактически заморозить экспортные потоки горючего на длительный срок. Согласно новому постановлению от 30 июля, запрет на вывоз бензина продлен до конца января 2027 года. Что касается дизельного топлива, судового топлива и газойля, то здесь эмбарго будет действовать до 1 сентября 2026 года. Этот шаг стал ответом на затянувшиеся перебои на внутреннем рынке, которые, несмотря на локальные успехи, пока не удалось купировать полностью.
Сегодня мы видим неоднородную картину: в крупных центрах вроде Москвы и Санкт-Петербурга, а также в ряде регионов Урала и Сибири ситуация выравнивается. Это происходит за счет перестройки логистики, перераспределения товарных потоков и того факта, что ажиотажный спрос начал немного остывать.
В Минэнерго подчеркивают: приоритет номер один — гарантия бесперебойного снабжения внутренних потребителей. Цифры говорят сами за себя: производство дизельного топлива в России традиционно обладает огромным потенциалом — около 85 млн тонн в год при потребности всего в 46 млн тонн. Однако сейчас в приоритете не экспортная выручка, а создание надежных запасов, особенно учитывая сезонный пик спроса и критическую важность поставок для агропромышленного комплекса. Решения о снятии ограничений будут принимать «по ситуации», опираясь на уровень складских остатков, баланс производства и динамику цен.
Страховка на случай дефицита
Если продление запрета на бензин эксперты считали предсказуемым, то решение сохранить эмбарго на дизель вызывает дискуссии. Аналитики полагают, что власти решили перестраховаться на период активных сельхозработ.
Алексей Белогорьев из Институка энергетика и финансов отмечает, что на рынке бензина сохраняется реальный дефицит, поэтому продление эмбарго на полгода было неизбежным. По его мнению, у правительства нет полной уверенности, что ситуация с производством стабилизируется уже в четвертом квартале текущего года.
С дизелем ситуация сложнее. Эксперт допускает, что ограничения могут быть сняты досрочно. Сейчас производство дизтоплива практически сравнялось с внутренним спросом, и как только завершатся ремонтные работы на заводах, может возникнуть избыток. Если не разрешить экспорт в этот момент, хранилища переполнятся, что заставит НПЗ снижать переработку нефти. А это, в свою очередь, ударит по выпуску бензина, что в условиях дефицита недопустимо.
Однако не все видят в этом только спасение. Мария Стаброва из «АТК Консалтинг» предупреждает: затянувшийся запрет может привести к снижению загрузки нефтеперерабатывающих заводов. Эту же угрозу озвучивает и Андрей Дредунов: из-за технологической взаимосвязанности процессов избыток дизеля может вынудить заводы сокращать переработку нефти, тем самым лишая рынок бензина.
Региональный дисбаланс и ценовые качели
Несмотря на усилия, полноценной нормализации рынка пока не произошло. По словам Белогорьева, стабилизация носит точечный характер. Улучшения заметны в крупных агломерациях, где удалось «расшиться» узкие места в железнодорожной логистике. Сергей Терешкин, гендиректор Open Oil Market, добавляет, что поставщики в Москву теперь могут поставлять топливо с гораздо более широкого пула НПЗ, чем в докризисный период.
Тем не менее, цифры Росстата за неделю с 21 по 27 июля 2026 года говорят о росте цен. Литр АИ-92 в среднем подорожал до 73,85 руб., АИ-95 — до 79,94 руб. Дизельное топливо показало небольшую динамику вниз — до 93,54 руб. При этом география цен крайне разная: в Новосибирской и Мордовинской областях зафиксирован резкий скачок (более 10%), в то время как в Марий Эл цены, наоборот, снизились почти на 10%.
Под ударом — независимые игроки
Самая болезненная ситуация наблюдается там, где рынок не контролируют вертикально интегрированные нефтяные гиганты. Речь идет о независимых АЗС на Юге России, Северном Кавказе, в Алтайском крае, Свердловской и Челябинской областях.
Российский топливный союз (РТС) уже бьет тревогу: частные заправки остаются без топлива. Проблема в том, что нефтяники в первую очередь снабжают собственные сети и выполняют госзаказы для аграриев. Независимые же игроки либо не могут купить бензин на бирже, либо вынуждены переплачивать. Ситуацию усугубило и снижение норм обязательных продаж на Петербургской бирже с 15% до 10% — это фактически отрезало мелких операторов, которые не могут выкупать огромные партии по 60 тонн, от основного канала закупок.
Как отмечает Белогорев, рынок переходит в режим «ручного управления» правительством, а биржевые котировки перестают быть адекватным индикатором. По данным Национального биржевого ценового агентства, объемы реализации на Петербургской бирже в июле 2026 года заметно просели по сравнению с прошлым годом: вместо 3,37 млн тонн в июле 2025-го, в июле 2026-го было реализовано лишь 2,171 млн тонн.
Что ждет нас завтра?
Будущее рынка до конца года зависит от одного ключевого фактора — темпов восстановления переработки. Алексей Белогорьев считает, что корень кризиса — в ударах БПЛА по инфраструктуре, и пока эта проблема не решена, нормализации не будет. Он предупреждает: дефицит может перерасти из летнего в осенне-зимний период. Кроме того, массовое закрытие независимых АЗС может создать долгосрочную угрозу снабжению целых регионов.
Сергей Терешкин указывает на важность сроков завершения ремонтов на НПЗ. Напомним, что в июне 2026 года выпуск нефтепродуктов упал на внушительные 21,7% относительно прошлого года.
Мария Стаброва дает чуть более оптимистичный прогноз: сезонное снижение спроса на бензин должно снизить давление, а дефицит дизеля может быть частично компенсирован импортом (например, через переработку российской нефти в Казахстане).
Андрей Дредунов же выражает скепсис относительно дополнительных ограничений в условиях санкций, но надеется, что власти и нефтяники смогут найти работающий механизм взаимодействия, который позволит стабилизировать рынок без ущерба для экономики.
Опубликовано: 1 августа 2026, 04:45 | Время чтения: 4 мин | Теги: правительство, экспорт, топливо, запрет, рынок
